привет

История улицы Советская в Костроме

улица Русина
Первый легковой автомобиль в Костроме появился в 1913 г. на ул. Русина

В начале XIV в., повествуют древние летописи, из Галицко-Волынской Руси выехал на службу в Москву боярин Нестер Рябец с многочисленной дружиной. Часть этой дружины поселили в Костроме, в то время часто подвергавшейся нападениям татар и черемисов, в качестве гарнизона. Воинская служба была у русинов (так зовут население Восточной Галиции) наследственной — в 1380 г. они составили основу костромского полка, сражавшегося под началом внука Нестера — воеводы Ивана Родионовича Квашни на Куликовом поле.

В Костроме русинам было выделено место для поселения на восточной окраине города, где они на лесной вырубке основали Русинову слободу. После переноса костромского кремля с правого берега Сулы на место нынешнего парка культуры и отдыха Русинова слобода соединилась с центром города и трансформировалась в небольшую улицу, по которой проходила дорога на Кинешму. К концу XVII в. в произношении названия улицы стали все чаще отсекать последний слог — теперь она именовалась Русиной.

По генеральному плану 1784 г. Русина улица, почти сплошь выгоревшая в 1773 г., обозначалась как главная улица Костромы. Ее выпрямили, снивелировали и даже передвинули поближе к Волге. Впрочем, и сделавшись главной, улица не отличалась особым благоустройством: «Ухабистая мостовая, ни одного деревца, по обе стороны запыленные купеческие дома,— отмечал современник,— тротуары тоже ухабистые, такие, что лучше идти срединой улицы».

Столичные архитекторы, не зная исторической основы названия Русиной улицы, переименовали ее на плане в Кинешемскую, но костромичи долго не могли примириться со столь неоправданным новшеством, вплоть до 1920-х гг. традиционно именуя улицу Русиной.

Оформление улицы по красной линии началось с середины 1780-х гг. Первый квартал, в котором на плане предусматривалась исключительно каменная застройка, возводился «сплошной фасадой» (все дома имели общие торцовые стены). Этот прием уникален для архитектуры Костромы. Правда, противоположная, ближняя к Волге сторона застраивалась в традиционных формах городской усадьбы. Таковой, в сущности, являлся двухэтажный каменный дом на углу тогдашних Русиной и Ильинской (ныне Чайковского) улиц, выстроенный прокурором П.Казариновым в 1788 г. С конца XVIII в. владения Казаринова перешли к богатому дворянскому роду Карповых. В 1814 г. коллежская советница А.В.Карцова перестроила и значительно расширила дом — он имел округленный угол, оформленный колоннадой ионического ордера.

Сын Карцовой, Алексей Степанович, был страстным меломаном и содержал собственный оркестр и хор из 70 крепостных музыкантов, которых хозяин позволял использовать и содержателю костромского театра В.Е.Обрескову, не взимая с него никакой платы. Однако после смерти в 1824 году матери Карцов вздумал завести свой театр, устроил в доме сцену, набрал в имениях способных подростков и поручил их обучение юному талантливому актеру и режиссеру Николаю Иванову, в будущем известному антрепренеру. За это юнец получил право ставить в свою пользу платные спектакли. Публика охотно их посещала, но в конце 1820-х гг. меценат умер, и театр закрылся.

С 1850-х годов тогдашний владелец здания, представляющего из себя «каменный двухэтажный дом с антресолями и с трех сторон каменные корпуса», Г.В.Карцов стал сдавать его под квартиры, а с начала 1860-х годов открыл в нем гостиницу и ресторан. Сохранился рисунок 1870 г., выполненный «частным художником» В.Парийским, изображающий «дом Карцова» со стороны Кинешемской улицы: основное здание соединено низкими кирпичными переходами с двумя двухэтажными флигелями, в одном из которых — арочный проезд во двор. Гостинице присвоили имя «Старый двор».

Геннадий Васильевич, при генеральском чине действительного статского советника, был прогрессивным земским деятелем, вел переписку с Ф.В.Чижовым. Хорошо понимая значение подведения железнодорожной ветки для будущего Костромы, он выступил инициатором прокладки линии до Нерехты, что соединило бы древний волжский город с сетью железных дорог страны. Однако строительство затягивалось (первый поезд пришел в Кострому только в 1887 г.) и требовало непредусмотренных затрат — Карцов разорился. В 1883 г. его дом пошел с молотка и был приобретен помещиком Ф.М.Жуковым.

В 1904 г. Жуков предложил передать «Старый двор» в собственность города при условии выплаты ему вплоть до смерти крупной пенсии. Городская дума, учитывая преклонный возраст Жукова, согласилась, но вскоре выяснилось, что расходы на содержание здания вкупе с суммой пенсии намного превышают получаемый доход, а Жуков отнюдь не собирается умирать. Поэтому в 1911 г. городские власти решили перестроить и расширить «Старый двор». Перестройку вел архитектор Н.И.Горлицын, составивший проект нового здания в стиле модерн. В сентябре 1911 г. начался слом крыла по Кинешемской улице, а в январе 1912 г. разобрали и другое крыло. Тогда в защиту памятника архитектуры выступила археологическая комиссия, деятельный член которой художник-реставратор Д.В.Милеев находился в Костроме и руководил реставрацией Ипатьевского монастыря. По его настоянию слом здания был прекращен, а боковые трехэтажные крылья гостиницы возводились в 1912—1913 гг. в стиле ампир (правда, в архитектуре первого этажа прослеживаются и элементы модерна — широкие окна, металлические козырьки над входами и др.).

В годы гражданской войны часть здания была переделана под жилье ответственных губернских работников. Здесь, в частности, проживали выдающиеся деятели коммунистической партии и Советского государства К.К.Юренев, Б.М.Волин и Ф.И.Голощекин, возглавлявшие тогда поочередно Костромской губисполком, не раз останавливался приезжавший в Кострому в качестве чрезвычайного уполномоченного ВЦИК А.В.Луначарский и др. В 1921 г. дом снова заняли под гостиницу.

Дом № 2 связан и с появлением в городе первых автомобилей. Возле него была первая стоянка прообраза такси — семиместной 25-сильной машины, принадлежавшей С.С.Давыдову и обслуживавшей горожан с 17 апреля 1913 г.

Напротив «Старого двора» стоит дом № 7, фактически открывающий Советскую улицу по нечетной ее стороне. Построил его в мае 1788 г. священник Воскресенской «на площадке» церкви Александр Афанасьев, но вскоре дом перешел к его зятю, протоиерею Успенского собора Я.А.Арсеньеву (1768—1848). Один из наиболее образованных костромичей того времени, Яков Арсеньевич первоначально служил префектом и учителем философии в Костромской духовной семинарии. Он являлся большим знатоком костромской старины и издал ряд книг, среди которых вызывает интерес «Описание Костромского Успенского собора» (М., 1837), содержащее не только исторические сведения об этом древнем, расположенном на территории кремля памятнике, но и характеристику данных собору жалованных грамот, находившихся в нем старинных икон и т. д.

Пока домом владел Арсеньев, там помещались питейная лавка и харчевня, при следующих владельцах купцах Афанасии Волкове и затем Василии Колодкине — постоялый двор и на втором этаже «кофейный дом». С конца XIX в. назначение здания изменилось — оно служит нуждам отечественной культуры. В 1892 году здесь открылась первая в городе музыкальная школа. Ее основала выпускница Петербургской консерватории Варвара Сергеевна Сумарокова-Морина, руководившая ею до своей кончины в 1915 г. (незадолго перед тем школа перешла в ведение Императорского Русского музыкального общества).

В конце прошлого века нижний этаж этого здания арендовал принадлежавший костромскому земству книжный склад «Костромич», занимавшийся распространением местных статистических и пр. изданий и снабжением учебниками и различными пособиями школ губернии. В канун революции 1905 года среди работников склада оказались большевики, превратившие его помещение в свою штаб-квартиру. Профессиональный револю­ционер Ц.С.Зеликсон-Бобровская, являвшаяся секретарем Костромского комитета РСДРП,  в «Записках подпольщика» вспоминала:  «Костромской организации, как и всей нашей партии, в те годы приходилось действовать в сложных условиях сочетания нелегальных и легальных форм работы. В начале лета 1906 года мы еще имели свою легальную газету «Костромской листок», был у нас свой книжный склад на Русиной улице, в котором мы открыто торговали нашими брошюрами издания 1905 года… Я поселилась в одной из комнат склада, рядом с Соней Загайной, которая теперь жила здесь в качестве заведующей складом. Соня была прописана, а я жила «невидимкой».

Моей задачей было во что бы то ни стало законспирировать эти комнаты, превратить их в приемную по делам Костромского комитета. Но этому сильно мешали боевики — наши бывшие дружинники, сыгравшие столь крупную роль в восстании 1905 года… Сначала была закрыта наша газета, потом добрались и до книжного склада, который я берегла как зеницу ока. Началось с того, что полиция участила свои обыски и изъятие не дозволенных к продаже книг, а потом устроила обыск во всех помещениях склада и закрыла его. Мне благополучно удалось уйти оттуда прямо на глазах полиции».

улица Советская
Ильинская церковь на улице Русина.

Дом построен в плане т. н. «глаголем» и имеет округленный угол. До 1960-х годов он был двухэтажным. Его фасадный декор лаконичен и прост.

На четной стороне улицы следом за «Старым двором» стояла ныне перестроенная Ильинская церковь. Первоначально она была деревянной, о чем свидетельствует запись в писцовой книге Костромы 1628 г.: «В Русинове улице. Церковь святого пророка Ильи древена клецки. Да церковь другая с трапезою древена клецки». Каменный храм был, по-видимому, воздвигнут в конце XVII в. Он сгорел в 1773 г. и в том же году был восстановлен, затем неоднократно перестраивался. Трехъярусная колокольня была возведена в 1829 г. (от нее сохранился лишь нижний ярус), тогда же подверглась переделке и трапезная. Эти работы, выполненные в формах строгого классицизма, осуществлялись талантливым и опытным архитектором, вероятно, П.И.Фурсовым. Сама церковь была бесстолпной, на высоком подклете, с тремя выступающими абсидами и выходящим в южную галерею порталом.

В XVIII—XIX веках следом за Ильинской церковью по улице шли деревянные дома причта. Однако в 1870-х годах строится двухэтажный кирпичный дом: низ занимала пивная, известная в Костроме под именем «кирпичики», верх — магазин по продаже велосипедов и т. д., принадлежавший латышу Людвигу Демме.

Значительно раньше, около 1815 г., построен дом № 8-б — тоже двухэтажный, но с антресолями и подвалом. Сначала он принадлежал чиновнику П.С.Иванову, потом купцам Шапошниковым, а с 1870-х годов — А.Э.Геэп, перестроившей дом и открывшей в нем кофейню. В предреволюционные годы в доме находились кустарный музей Костромского губернского земства и булочная М.Ю.Заблоцкого. У последнего была собственная пекарня, изделия которой получили золотую медаль на Всероссийской выставке 1909 г.

Угловое «двухфасадное» здание на перекрестке Советской и Горной улиц (№10/2) построено в 1855 г. инженер-поручиком Лоренцо для Ремесленной управы. Это учреждение, просуществовавшее до 1902 года, ведало в городе цеховым устройством и развитием ремесел. В Костроме ремесленников насчитывалось много, и помещение управы было просторным — целый трехэтажный дом с округленным углом и с убранством фасадов в стиле классицизма.

Двух- и трехэтажные каменные дома по левой (от начала) стороне Советской улицы, образующие сплошную линию застройки, возводились в 1790—1792 гг. (№ 9—17) и в начале XIX в. Принадлежали они состоятельным купцам и мещанам — впрочем, первые владельцы дома № 9 братья Илья и Василий Гожевы были уважаемые в Костроме «кузнечного цеха записные мастера». Но из этого же рода происходил и А.К.Гожев (1847—1912), окончивший Московский университет и ставший крупным правоведом-цивилистом и сенатором.

Дом № 13 был выстроен купцом О.Е.Сметаниным и использовался, как и соседние, под постоялый двор. В 1831 г. его приобрел зять первого владельца подрядчик И.В.Маянский, который вел в Костроме и губернии большие строительные работы,— им, например, возведена церковь Хрисанфа и Дарии в Ипатьевском монастыре. В 1847 г. дом, тогда двухэтажный, сильно обгорел — Маянский восстановил его и даже надстроил третий этаж. В это время в здании были устроены «номера».

В конце XIX в. вместо закрытых постоялых дворов все эти дома были приспособлены под первоклассные магазины — обувные, меховые, часовые и др. Особенно сильное впечатление на посетителей производил разместившийся в доме № 13 колбасный магазин братьев Головановых, по своей оснащенности и ассортименту продуктов способный выдержать сравнение с лучшими торговыми заведениями столиц. Головановы были великие мастера своего дела, создавшие ряд новых сортов колбас и копченостей, их колбасная мастерская, в которой работало 65 человек, славилась исключительно высоким качеством продукции. Дорожа своей репутацией, братья открыли фирменный магазин, куда товар поступал прямо из мастерской, минуя склад. В романе «На Нижней Дебре» В.Н.Иванов, юность которого протекала в Костроме, описывает: «Колбасная братьев Головановых в Костроме была самым шикарным, культурным передовым магазином с цельными витринами, мрамором прилавков, с электрическим освещением. Покупатели стеной шли на мраморные прилавки, за которыми метались запаренные приказчики в белом, в клетчатых нарукавниках. На полках, на прилавках высились горы свиного, телячьего, птичьего мяса. Залитые глянцем каплуны гордо растягивали толстые ноги в кружевных панталончиках. Гуси, утки, индейки, фаршированные и заливные, лежали на длинных блюдах. Белокожие, словно господа, поросята улыбались под розовыми и белыми сметанными разводами. Грудами сложены были окорока, навалены были без числа колбасы, какие только можно было себе вообразить: красные, розовые, желтые, пунцовые, кремовые, шоколадные, темно-бордовые, совершенно черные и напротив того — белизны слоновой кости.

К колбасам, гусям, уткам, индейкам, поросятам тянулись десятки рук — белых и желтых, хрупких и крепких, пухлых и худых, рук, в которых блестели золотые монеты, и рук, где шелестели кредитки,— все это под аккомпанемент непрерывного гулкого грохота автоматической кассы».

Следующий дом № 15, выделявшийся кирпичным аттиком с полуглавием и фасадным декором в стиле псевдобарокко, выстроен в 1792 г. купцами И.Мартыновым и П.Сыромятниковым и до середины XIX в. был занят под постоялый двор. С 1894 года здесь находилась канцелярия старшего фабричного инспектора Костромской губернии — сюда часто группами и поодиночке приходили рабочие с различными жалобами на произвол фабричной администрации, но далеко не всегда получали желаемое удовлетворение. А в марте 1915 г. в дом переехала редакция самой большой костромской газеты либерального направления «Поволжский вестник», остававшаяся здесь до закрытия газеты большевиками в начале 1918 г. В эти годы в газете печатались Максим Горький, А.В.Луначарский, А.М.Ремизов.

Крайний в группе домов — № 21 — в конце XIX в. принадлежал чиновнице Изюмовой. Ее сын Александр Филаретович (родился в 1866 г.) — крупный историк, после революции преподавал в Костромском рабоче-крестьянском университете, а оказавшись в начале 20-х годов за рубежом, основал в Праге Русский архив, благодаря которому удалось сохранить массу национальных культурных ценностей. В том же доме в 1900 г. открылась «Большая Московская фотография» популярного в Костроме фотомастера Г.П.Куракина.

Из всех зданий этого квартала наиболее замечателен своим обликом — он и стоит-то наособицу! — дом № 23. Его выстроил в 1817—1823 гг. богатый помещик Александр Степанович Карцов. Потом домом владела его младшая сестра Мария, а с 1856 г. — ее овдовевший муж саперный подполковник С.В.Мичурин и их дочь, в замужестве Ротаст. Через десять лет дом сдали в аренду открывшемуся в феврале 1866 г. Общественному собранию. Это было культурно-просветительное учреждение, членами которого состояли преимущественно люди свободных профессий, преподаватели, служащие. В собрании читались публичные лекции, устраивались концерты заезжих гастролеров (нередко знаменитых). Здесь имелась превосходно подобранная большая библиотека с читальным залом, куда выписывались десятки газет и журналов. Содержалось Общественное собрание в основном на штрафы, взимаемые за карточную игру в ночное время,— там выигрывались и проигрывались целые состояния.

Своеобразный статус Общественного собрания умело использовали местные социал-демократы. Здесь находилась партийная явка для посланцев ЦК и «Искры», в читальном зале встречались и совещались костромские подпольщики — об этом напоминает мраморная памятная доска на фасаде здания. Проводились и открытые выступления. Например, 7 июня 1905 г. в Общественном собрании читал лекции выдающийся народоволец, ученый-этнограф и писатель В.Г.Тан-Богораз, охарактеризовавший революционную ситуацию в стране. Большевики сумели провести в зал триста рабочих и учащихся, которые по окончании лекции устроили митинг с речами и призывами «Долой самодержавие!». А потом с пением «Марсельезы» продемонстрировали до Сусанинской площади, где были разогнаны полицией.

В предреволюционные годы первый этаж здания занимал статистический отдел Костромского губернского земства, где служил видный революционер А.А.Языков. В марте-апреле 1917 г. здесь он проводил запись в партию большевиков, вышедшую из подполья.

После Октябрьской революции Общественное собрание закрылось, а здание занял Центральный рабочий клуб.

Дом Карцова — один из лучших в Костроме памятников жилой архитектуры. Создавался он, видимо, архитектором Н.И.Метлиным, использовавшим «образцовый» проект, но творчески его переработавшим. «Архитектура фасадов дома,— пишет В.Н.Иванов,— основана на классическом приеме композиции: центр выделен портиком из четырех коринфских полуколонн и лепными, красивого рисунка вставками над окнами: сандрики на кронштейнах над окнами боковых крыльев четко рисуются на гладкой стене».

В 1847 г. дом сильно обгорел и долго не восстанавливался. Лишь в 1859 г. С.В.Мичурин отстроил его заново: двухэтажный, с подвалом и антресолями, он удивлял современников богатой отделкой интерьера — в документах специально оговаривалось, что все восемь комнат бельэтажа были оклеены «лучшими французскими обоями». Тогда же к дому была пристроена деревянная галерея. С тех пор облик здания изменился мало.

Около 1811 г. калашники Голенины снесли свой старый деревянный дом, построив на его месте двухэтажный каменный, вскоре перешедший к титулярному советнику П.С.Иванову. Владельцы дома менялись, а в начале XX в. в нем открылся синематограф «Аполлон», принадлежавший врачу К.А.Полюхову и просуществовавший до 1911 г.

Новая страница в истории старого здания началась в годы первой мировой войны. В Костромской губернии было много кожевенных заводов, но не было крупных обувных предприятий — костромичи обходились либо привозной обувью, либо заказывали ее местным кустарям-сапожникам. Однако разгоравшаяся война требовала не только винтовок и снарядов, а и миллионов пар солдатских сапог. Инициатором создания обувной фабрики стал Всеволод Иванович Барыков (1868—1939). Выходец из дворянской семьи Галичского уезда, он, по окончании в 1889 г. Костромской гимназии, примкнул к революционному движению, был активным членом партии эсеров, не раз подвергался репрессиям. В 1910-х гг. он заведовал кустарным отделом Костромского губернского земства, а после февраля возглавил губернский земельный комитет и избирается заместителем председателя Костромского Совета крестьянских депутатов.

Оборудование для фабрики было закуплено на закрытой фабрике Лукашевича в Киеве и доставлено в Кострому в феврале 1916 года. В июле того же года земская механическая фабрика обуви была пущена в ход, изготовляя ежедневно 100 пар сапог.

Можно указать и на то, что в доме № 25а в 1860—1870-х годах находилась фотография Г.М.Троицкого.

В начале XX в. дом был удлинен с правой стороны, пристройка выполнена в стиле модерн, фасад, что является большой редкостью для Костромы, украшен аллегорическими фигурами.

Последний в данном квартале угловой трехэтажный с классическим декором дом построен в 1824 г. мещанином Егором Волковым, а с 1842 г. принадлежал местным помещикам Дмитриевым. К началу 1870-х годов домом владел Василий Гаврилович Ермолин. Прежде Ермолины не одно столетие проживали в Кирпичной слободе, возглавляя корпорацию костромских каменщиков — у Василия Гавриловича сохранялись даже жалованные грамоты Ивана Грозного. Впрочем, новый владелец дома каменщиком не был — в 1876 г. он построил рядом по Козьмодемьянской улице (ныне Долматова) кирпичный двухэтажный флигель и открыл в нем «токарно-медное заведение», выпускавшее преимущественно самовары.

На четной стороне улицы напротив здания быв. Ремесленной управы стоит каменный двухэтажный дом, выстроенный в 1840 г. купцом П.А.Трубниковым. Он сильно обгорел в 1847 г. и долго не восстанавливался. В предреволюционные годы домом владели обрусевшие польские дворяне Сологубы; жил здесь и архитектор Л.Р.Сологуб, по чертежам и под наблюдением которого воздвигались стилизованные деревянные павильоны юбилейной губернской выставки 1913 г.

Через дом от углового расположено здание 1850-х годов, принадлежавшее жене корнета А.Пазухиной,— трапециевидной формы, с нарядным декором. Дом замечателен и тем, что в нем с 1875 г. помещалось фотоателье Г.Давингофа, изготовлявшее снимки очень высокого качества.

Следующий дом (№ 14) выстроен в 1908 г. в неорусском стиле — пилястры, фриз с изразцами, однако в декоре ощущается чувство меры. Первоначально его занимала аптека Ирины Ос. Прокопенко (вход был в центре фасада), но она «прогорела» и уступила место «Малышковскому садоводству» Л.Г.Михина — первому в городе специализированному цветочному магазину (букеты, венки и др.). Его владелец, человек одинокий и нелюдимый, жил постоянно в Малышкове (селение на правом берегу Волги, ныне в составе Костромы), где создал питомник плодово-ягодных растений. Он был замечательным селекционером и поддерживал приязненные отношения с И.В.Мичуриным (их переписка опубликована).

Дом № 16 — деревянный одноэтажный с мезонином и стрельчатыми окнами, построенный из сосны «в обло с остатком» около 1870 г. Сначала им владел швейцарский подданный Тшарнер, открывший в нем кондитерскую. В 1911 г. дом переходит к Федору Ивановичу Боровскому — кондитеру по призванию, настоящему таланту. Его кондитерская считалась лучшей в городе, стала, наряду с колбасной Головановых, достопримечательностью Костромы. В годы нэпа Боровский возобновил свою деятельность с прежним успехом — о нем пишет драматург Виктор Розов в книге воспоминаний «Путешествие в разные стороны».

В застройке квартала явно выделяется обилием декора двухэтажный каменный дом в псевдобарочном стиле (№ 20). Он возведен в 1817 г. мещанами Красноселовыми. Очень пострадавший в пожар 1847 г., дом был восстановлен новыми хозяевами мещанами Щербовыми, надстроившими над ним мезонин. В 1882 г. последний дореволюционный владелец купец Н.В.Скалозубов заменил мезонин антресолями — тогда же дом приобрел свое пышное убранство. Скалозубов — крупный и предприимчивый рыботорговец — поставлял в Кострому с низовьев Волги, Урала и Дона рыбу, икру, балык, визигу и т. д.

В годы гражаданской войны в доме проживал видный большевик, председатель Костромского губЧК Ян Кульпе.

Последний в данном квартале двухэтажный дом в стиле зрелого классицизма (угол — полуротонда упрощенного коринфского ордера) — памятник архитектуры — возведен в первых годах XIX в. владельцем кожевенного завода и сапожной мастерской И.В.Малышевым на месте его же деревянного. С 1875 г. дом принадлежал «купеческим братьям» И.И. и А.И.Акатовым, прозванным за малый рост «малолетками» и отличавшимися болезненной скаредностью. Однако, оставшись холостяками, Акатовы в 1915 г. дом (и все состояние) отдали городу для устройства в нем Дома ребенка. Вскоре грянула революция, и дом заняли под семейное общежитие коммунистов.

Он интересен и тем, что с 1895 г. до смерти в 1907 г. здесь снимал квартиру П.А.Илинский. Уроженец Тверской губернии, окончивший Медико-хирургическую академию, Петр Алексеевич несколько лет проработал врачом в Нерехтском уезде. Вернувшись в Петербург, он стал со временем одним из виднейших деятелей отечественной медицины, автором научных трудов, основателем специальных медицинских газет и журналов. Выйдя в отставку, 58-летний Илинский решил, невзирая на прочное положение в столице и генеральский чин, вернуться в места, где прошла его молодость. В Костроме он служил сани­тарным врачом, досуг же посвящал краеведению, опубликовав ряд работ. В начале 900-х годов Илинского избирают председателем Костромской губернской ученой архивной комиссии. Когда в Костроме в 1906 г. стала издаваться большая прогрессивная газета «Поволжский вестник», он возглавил ее редакцию.

На противоположной стороне улицы останавливает на себе внимание дом № 33, представляющий, по оценке В.Н.Иванова, «известную композицию двухэтажного дома с рустованным первым этажом и сдержанной декорацией второго». Он построен около 1828 г. мещанином И.Г.Ашастиным, более известным в Костроме по кличке Бык. В 1852 г. дом у его наследников купил агроном и статистик Н.В.Колычев. А в 1855 г. произошло событие, так описанное в «Костромских губернских ведомостях» местным журналистом П.И.Андрониковым:

«Первое место между явлениями нашей общественной жизни, без сомнения, должно занять открытие в сентябре месяце «Библиотеки для чтения и книжной лавки» на Кинешемской улице, в доме г.Колычевой. Посетив эту библиотеку в первые дни ее открытия, мы, признаемся, были очень приятно удивлены, найдя ее выше наших ожиданий. Помещение удобное, мебель изрядная, годовая цена за чтение книг, принимая во внимание начало этого заведения, умеренная… выбор книг делает честь вкусу содержателя библиотеки, здешнего мещанина и переплетчика И.В.Солониковского. Книги, вошедшие в состав библиотеки Солониковского, по преимуществу русские, все в щегольских переплетах и состоят из творений многих наших богословов, поэтов и беллетристов, немало книг и ученых». Сверх того, «у Солониковского есть очень много переводных творений лучших романистов Запада. Кроме книг, с будущего года Солониковский будет выписывать журналы… При библиотеке, тоже с 1856 года, открывается зала для чтения газет… До сего времени, к сожалению, в Костроме, где до 12 тыс. жителей, не считая губернских учебных заведений — семинарии и гимназии,— не было ни публичной библиотеки, ни, по крайней мере, порядочной книжной лавки» .

Этой библиотекой очень заинтересовался поэт И.С.Никитин, мечтавший устроить подобную у себя в Воронеже и запрашивавший о ней сведения у своего друга А.П.Нордштейна, служащего тогда в Костроме.

В 1880-х гг. из-за преследований властями дочери Солониковского, Архиповой, пришлось закрыть библиотеку. Однако она не была ликвидирована и по-прежнему оставалась в доме, перешедшем к тому времени к купцу Н.А.Сунгурову. Ее остатки (2 тыс. томов) купила у Архиповой Е.Ф.Олохова и 4 октября 1896 г. вновь открыла библиотеку. Последняя снискала популярность — Олохова даже издавала каталоги имеющихся у нее книг.

В августе 1902 г. «купеческий сын» Н.А.Сунгуров, приобретя книжное собрание Олоховой, завел платную библиотеку с читальным залом. Кроме того, в здании регулярно проводились всяческие (художественные, садоводческие и пр.) выставки.

Городская дума в 1908 г. вынесла постановление об открытии в городе библиотеки-читальни имени Ф.В.Чижова — тогда же Сунгуров предложил для этого воспользоваться его библиотекой. Дума размышляла долго и лишь в 1913 г. сочла условия, предложенные Сунгуровым, приемлемыми, купила библиотеку и арендовала дом. Открылась библиотека 21 сентября 1914 г., а читальный зал, для коего выписывалось 17 газет и 52 журнала,— в марте 1915 г.

После революции Чижовская библиотека, переведенная в другое здание на той же улице, легла в основу городской библиотеки имени А.С.Пушкина.

Дом № 33 замечателен и тем, что в нем в 1860 г. родился и провел отроческие годы крупный костромской краевед и археолог Н.М.Бекаревич. Он происходил из семьи военного врача, снимавшего квартиру в доме Колычева, окончил в 1877 г. местное реальное училище, а затем Казанский ветеринарный институт. Вернувшись на родину, Николай Михайлович служил ветеринарным врачом, но подлинным его призванием являлась археология. Он вел раскопки, особенно костромских курганов, результаты же их обобщил в ряде книг и статей. Бекаревич был избран в Совет Губернской ученой архивной комиссии и представлял  Кострому на историко-археологических съездах (Тверь, Владимир), где выступал с содержательными докладами. Его внезапная кончина в 1905 г. была невосполнимой утратой для костромского краеведения.

Правее «дома Ашастиных» находится небольшой краснокирпичный дом. Прежде здесь стоял деревянный дом купца И.В.Скалозубова, проданный им в  1840 г. мещанам Кукушкиным, а через семь лет сгоревший. В начале 1850-х годов Кукушкины на его месте построили двухэтажный деревянный дом на каменном полуэтаже и с кирпичной лавкой, в которой продавалась продукция действующего тут же во дворе «колбасного заведения». В 1870-х годах оба деревянных этажа были сломаны — остались кирпичная лавка с одноэтажным каменным флигелем. Наследники К.Н.Кукушкина в 1899 г. получили разрешение надстроить на флигеле второй каменный этаж.

Дом № 39 — каменный, двухэтажный, с антресолями, построен в самом начале прошлого века богатыми купцами Трубниковыми, а оба одноэтажных каменных флигеля по его сторонам — около 1840 г., когда он перешел к купцам Королевым (впоследствии пароходовладельцам). При доме был хороший яблоневый сад. Часть здания занимали в начале XX в. меблированные комнаты, в одной из них и поселился Я.М.Свердлов — молодой, но уже проявивший себя на подпольной работе революционер-большевик, направленный в Кострому в ноябре 1904 г. для восстановления социал-демократической организации, незадолго перед тем разгромленной жандармами. Яков Михайлович начал с создания либо возобновления нелегальных кружков на крупнейших предприятиях, отлично проявил себя и в качестве пропагандиста. Он обладал и ораторскими способностями, выступив на банкете, устроенном либералами в гостинице «Московская». Когда же жандармы получили сведения и предприняли поиски, то Свердлов в феврале 1905 г. покинул Кострому, оставив здесь вполне дееспособную организацию.

Следующий одноэтажный деревянный дом (№ 41) строится в 1860-х гг. чиновницей Н.А.Вознесенской, но лет через десять перешел к М.Циер. Во дворе дома стоит каменное строение, занимаемое до революции известной далеко за пределами Костромы красильней Бочаровых.

Небезынтересна история одноэтажного с мезонином дома (№ 43) на углу Советской и Смоленской улиц, несколько отступившего от красной линии застройки. Он даже не выглядит особенно «древним», а между тем дом этот относится к числу стариннейших жилых строений из дерева, уцелевших в Костроме. Выстроили его вскоре после окончания Отечественной войны 1812 года помещицы А.И.Кобылина и М.И.Голохвастова — дочери бывшего костромского наместника И.В.Ламба. Впрочем, спустя некоторое время, они продали дом княгине Н.А.Вяземской, принадлежавшей к костромской, сильно оскудевшей ветви этого прославленного в российской истории рода.

В 1860-х гг. дом сменил хозяев — отныне им владела чиновница Н.А.Вознесенская. После Октябрьской революции дом муниципализирован — тогда в числе его жильцов был и известный костромской художник Н.А.Соболев (1896—1946), на квартире которого в 1920-х гг. часто собирались местные деятели искусства.

Следующий квартал на той же, нечетной стороне улицы характерен тем, что в XVIII — начале XIX в. большую его часть занимали две дворянские усадьбы. Деревянный дом со службами, садом и огородом ближе к Смоленской улице принадлежал коллежскому советнику Я..Ф.Сарскому, а в 1788 г. перешел к его дочери, влиятельной в костромском обществе той поры генеральше Сарре Яковлевне Шкот. С 1815 г. усадьбой владел купец В.Г.Сапожников.

Такой же, но большей по размерам усадьбой владела М.И.Ламб, вдова костромского наместника в 1786—1792 гг., позднее вице-резидента Военной коллегии и генерал-аншефа Ивана Варфоломеевича Ламба (1742—1801). Эта «генеральская» усадьба просуществовала до смерти хозяйки в 1820-х гг.

Вследствие опустошительного костромского пожара 1847 г. большинство домов квартала, тогда преимущественно деревянных, было истреблено огнем. Исключением стал двухэтажный каменный дом с таким же флигелем, выстроенный в 1810-х годах титулярным советником П.Махаевым, а в 1836 г. перекупленный поручиком К.Е.Жадовским. Позднее дом принадлежал чиновнику Шильдкнехту, а с 1895 г. — состоятельному зубному врачу Константину Африкановичу Полюхову.

Почти все остальные дома в квартале возводились в 1850—1870-х гг., а каменный двухэтажный с деревянным эркером дом № 55-а — в 1897 г. Он принадлежал статскому советнику Бужукову, повесившемуся в эркере после крупного карточного проигрыша. В 1918 г. в доме поселился В.Ф.Шишмарев, назначенный профессором открывающегося Костромского университета. С юных лет связанный с Костромой родственными узами, участник краеведческого движения, Владимир Федорович впоследствии стал выдающимся филологом-романистом, академиком, лауреатом Ленинской премии.

Из зданий на правой, четной стороне улицы особенно выделяется дом № 38. Он возведен в середине XVIII в. и является одним из старейших жилых строений в Костроме — недаром же дом погрузился в землю почти до окон первого этажа. Строился он еще на «ямской земле» и первоначально принадлежал фабрикантам Пыпиным — здесь же частично размещалась их полотняная мануфактура (частью на Дебре). К 1820-м гг. она закрылась, а сам дом был продан князьям Вяземским. В нем останавливался проездом в принадлежавшее ему село Красное-на-Волге известный поэт князь Петр Андреевич Вяземский, установивший контакты с культурной элитой Костромы.

Стоящий рядом, на углу, тоже каменный дом с арочными окнами второго этажа построен в 1873 г. штабс-ротмистром К.Ф.Васьковым, внуком местного вице-губернатора и одного из первых краеведов Ивана Кузьмича Васькова (1746—1813). Дом этот как бы задвинут в глубь улицы. Причина в том, что напротив дома был так называемый Гагарин пруд, довольно большой и имевший округлую форму. Он мешал движению по улице, и поэтому в 1830-х годах архитектор П.И.Фурсов составил проект красивого каменного моста через пруд. Однако власти сочли, что совсем засыпать Гагарин пруд обойдется дешевле… Позднее на площадке возле углового дома поставили водоразборную колонку, к которой в предреволюционные годы съезжались по утрам водовозы с бочками со всей округи.

Следующий квартал по прежней, четной стороне Советской улицы застраивался в 1860—1870-х годах деревянными одно- и двухэтажными домами, подчас довольно симпатичными. Много раньше возведены каменные здания в конце квартала. Из них № 52 (где ныне лесомеханический техникум) строится в 1796—1800 гг. по проекту Г.Попова и первоначально было одноэтажным с 11 окнами по фасаду. Здание предназначалось под богадельню, рассчитанную всего на 35 мест. В 1855 г. богадельня была надстроена вторым этажом и расширена по проекту губернского архитектора Н.П.Григорьева, а количество призреваемых возросло до 70 человек. Однако в 1860-х гг. богадельню перевели в конец улицы, на Лазаревское кладбище, а ее здание перешло к земству, открывшему там в 1872 г. женскую учительскую семинарию, готовившую кадры преподавателей для вновь открываемых по селам и деревням губернии начальных земских училищ. Семинария просуществовала до 1889 г. Среди ее выпускников была Мария Петровна Яснева-Голубева (1861 — 1936). Во время учебы в семинарии она вступила в революционный кружок «якобинцев», организованный П.Г.Зайчневским, отбывавшим тогда ссылку в Костроме, позднее же стала видным деятелем КПСС, соратницей В.И.Ленина, близким другом его семьи.

После закрытия семинарии здание занимала губернская земская управа, ведавшая вопросами местного самоуправления. Костромское земство находилось в оппозиции к царскому режиму, поэтому охотно принимало на службу местных и ссыльных народников, а затем и социал-демократов, эсеров и др. Здесь служили видные большевики Т.И.Попов и Е.Ф.Дюбюк, меньшевик Н.И.Воробьев, эсер В.И.Барыков и т. д. В 1904 г. санитарный отдел земства возглавил врач З.Г.Френкель (1889—1970) — депутат I Государственной думы и член ЦК партии кадетов, впоследствии выдающийся гигиенист и геронтолог, действительный член АМН СССР.

В конце 1917 г. земская управа была разогнана большевиками, а ее помещение занял новый губернский суд.

Угловой двухэтажный каменный дом (№ 54) построен в 1790 г. купцом Богомоловым, через несколько лет продавшим его. Среди его владельцев был поэт Николай Федорович Грамотин, или Грамматин (1766—1827). Окончив Московский благородный пансион, он в 1808 г. защитил впервые в России диссертацию по истории древнерусской литературы, тогда же напечатал ее под названием «О древней русской словесности». Служа в Петербурге по министерству юстиции, Грамматин пользовался расположением министра, известного поэта И.И.Дмитриева, и жил у него в доме. В литературе он заявил себя сборником стихов «Досуги» (СПб, 1811). С 1812 по 1818 гг. поэт был директором училищ Костромской губернии. В течение 15 лет изучал Николай Федорович «Слово о полку Игореве», издал его стихотворный перевод на современный русский язык с подробными историческими комментариями (М.,1823) и критические исследования «Слова…» (журнал «Вестник Европы», 1822, ч.V).

Дом на углу Н.Ф.Грамматин продал титулярной советнице А.Зузиной, от которой в середине прошлого века он перешел к Стригалевым, некогда богатым купцам, выбившимся в дворянство, но оскудевшим. С 1870-х гг. дом принадлежал мещанам Каленцевым, которые в конце века сдали его в аренду статистическому отделу Костромского губернского земства. В 1905—1907 гг. «земские статистики» во главе с зав. отделом, известным большевиком А.М.Стопани (в числе служащих был и другой видный большевик — М.С.Кедров), превратили здание в опорный пункт революционного движения. Здесь размножались на гектографах прокламации, сюда приносили на хранение самодельные бомбы — почти все статистики вступили в боевую дружину и т. д.

Из зданий, расположенных в квартале напротив, особенно интересную историю имеют находящиеся под №77 — теперь это целый комплекс 1-й городской больницы. В начале XIX века здесь в глубине улицы стоял большой деревянный дом мелкого чиновника М.Сергеева. В 1808 г. в нем открылся первый в Костроме публичный театр — директором его был авторитетный в Костроме А.Ф.Чагин, а в составе труппы — знаменитая впоследствии М.Д.Львова-Синецкая. На сцене шли оперы, трагедии, комедии и дивертисменты. Театр пользовался любовью горожан, но в 1812 г. его здание было передано эвакуированному в Кострому Смоленскому кадетскому корпусу, остававшемуся здесь вплоть до 1825 г. После этого дом был снесен, а вместо него, но уже по красной линии улицы возведен двухэтажный каменный. В 1828 г. в нем открылось училище для детей канцелярских служителей Костромской и соседних губерний. Преподавали в нем лучшие педагоги Костромы — так, словесность вел небезызвестный поэт И.П.Алякрицкий (1802 — около 1860). В училище одновременно обучались 50 воспитанников, из которых готовились кадры делопроизводителей для губернских учреждений.

В 1830 г. по соседству с училищем, ближе к углу с Лазаревской улицей, разместилась городская больница, находившаяся прежде близ впадения в Волгу Черной речки. Ансамбль больницы складывался постепенно — в его создании понимал участие в 1836—1838 гг. архитектор М.Праве. В 1855 г. больница, рассчитанная ранее на 80 коек, была увеличена еще на 70 коек, для чего по проекту архитектора Н.П.Григорьева надстраивается второй этаж (на каменный больничный флигель) и возводится такой же новый флигель. Вскоре же училище для детей канцелярских служителей было закрыто, а вся его территория с постройками отошла к больнице, которая в 1860-х гг. передается земству и отныне именуется губернской земской больницей. С 1903 г. ее возглавлял замечательный хирург Михаил Михайлович Крюков (1864—1927).

За Лазаревской (ныне Ивана Сусанина) улицей, начало которой отошло под площадь 50-летия Октября, напротив будущей больницы в старину находилось Лазаревское кладбище, в конце XVIII в. перенесенное за Черную речку, а на его месте было построено деревянное здание почтовой станции. На задах ее расположились кузницы, вытянувшиеся в линию улицы, так и названной Кузнецкой. Далее по той же стороне были выстроены из красного кирпича два здания казарм конвойной команды, охранявшей стоящий напротив острог и сопровождавшей проходящие через Кострому по этапу партии арестантов.

По четной стороне за Дворянской (она же Овражная) улицей сплошной застройки не было — там стояло несколько неказистых мещанских домишек и начинался городской выгон, на котором обыватели пасли скот,— в середине XIX в. в Костроме на 13 тыс. жителей приходилось 600 коров.

Каменный острог в Костроме сооружен в 1810 г. и позднее перестраивался П.И.Фурсовым (ныне на его месте многоэтажное здание УВД). Он действительно был окружен выпасом и, вероятно, поэтому не пострадал от пожара 1847 г., после чего там нашли временное прибежище некоторые оставшиеся без крова губернские учреждения. В поэме «Кому на Руси жить хорошо» Н.А.Некрасов, описывая последствия костромского пожара, отмечал:

Одна тюрьма спасенная,

Недавно побеленная,

Как белая коровушка,

На выгоне стоит.

Начальство в ней попряталось…

Тюрьму и в самом деле летом 1847 г. побелили. Об этом, разумеется, в газетах не сообщали — поэт мог узнать о столь частном факте, только лично посетив Кострому.

Сразу за острогом располагался «дровяной двор», снабжавший горожан топливом. Во второй половине XIX в. «дровотню» перенесли на берег Волги, а на ее месте появился двухэтажный полукаменный дом (снесен в 1970-х гг.). В нем обретался трактир, о котором на заседании городской думы в 1887 г. докладывалось: «Трактир Асафа Русакова на Русиной улице благодаря изворотливости содержателя самый зловредный, в нем принимаются заклады и совершается масса безобразий… и сам Русаков уже давно пользуется дурной славой. Трактир он содержит лет двадцать. В помещении темно, грязно, посетители народ серый, бедно одетый». Впрочем, доклад никак не сказался на положении трактирщика — тот продолжал свое дело.

В XVIII — начале XIX в. за дровяным двором находились перекрывающий проезжую часть улицы полосатый шлагбаум и рядом будка, где сидел старый «солдат-инвалид», поднимающий и опускающий его по мере надобности. На обочине валялась груда камней; каждый въезжающий в Кострому обязан был привезти и бросить в кучу булыжник либо уплатить штраф — копейку. Собранными камнями мостили городские улицы.

Сразу за заставой начинался обсаженный березами широкий Кинешемский тракт с мостом через Черную речку (по ее берегам некогда рос «черный», т. е. хвойный бор). За Черной речкой по левую от тракта сторону было Лазаревское кладбище — самое большое в городе,— перенесенное сюда в конце XVIII в.

История улицы Советская в Костроме: 1 комментарий

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

часы вне времени